По чисто по
с:
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

По чисто по > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)


кратко / подробно
Сегодня — четверг, 16 августа 2018 г.
Мне 23, встречаюсь с парнем, живет в Москве, открыл своё дело, очень... Natsuo.Vatashi. 06:11:21

Мне 23, встречаюсь с парнем, живет в Москве, открыл своё дело, очень много работает, зарабатывает хорошо (по моим меркам). Многие, когда узнают, говорят: хорошо устроилась, нашла ёбаря — подарки дарит, на отдых возит, и особо напрягаться не надо (видимся раз в две недели на выходных), тут с друзьями гуляешь. Но когда мы познакомились, у него было 500 в кармане и неуверенность в себе. Себя не хвалю, но я поддерживаю во всем и помогаю, чем могу. Обидно, что, не зная всей сути, говорят «повезло».
Вчера — среда, 15 августа 2018 г.
Бродский. Renisan 10:32:52

«Вертумн»

I

Я встретил тебя впервые в чужих для тебя широтах.
Нога твоя там не ступала; но слава твоя достигла
мест, где плоды обычно делаются из глины.
По колено в снегу, ты возвышался, белый,
больше того - нагой, в компании одноногих,
тоже голых деревьев, в качестве специалиста
по низким температурам. "Римское божество" -
гласила выцветшая табличка,
и для меня ты был богом, поскольку ты знал о прошлом
больше, нежели я (будущее меня
в те годы мало интересовало).
С другой стороны, кудрявый и толстощекий,
ты казался ровесником. И хотя ты не понимал
ни слова на местном наречьи, мы как-то разговорились.
Болтал поначалу я; что-то насчет Помоны,
петляющих наших рек, капризной погоды, денег,
отсутствия овощей, чехарды с временами
года - насчет вещей, я думал, тебе доступных
если не по существу, то по общему тону
жалобы. Мало-помалу (жалоба - универсальный
праязык; вначале, наверно, было
"ой" или "ай") ты принялся отзываться:
щуриться, морщить лоб; нижняя часть лица
как бы оттаяла, и губы зашевелились.
"Вертумн", - наконец ты выдавил. "Меня зовут Вертумном".

II

Это был зимний, серый, вернее - бесцветный день.
Конечности, плечи, торс, по мере того как мы
переходили от темы к теме,
медленно розовели и покрывались тканью:
шляпа, рубашка, брюки, пиджак, пальто
темно-зеленого цвета, туфли от Балансиаги.
Снаружи тоже теплело, и ты порой, замерев,
вслушивался с напряжением в шелест парка,
переворачивая изредка клейкий лист
в поисках точного слова, точного выраженья.
Во всяком случае, если не ошибаюсь,
к моменту, когда я, изрядно воодушевившись,
витийствовал об истории, войнах, неурожае,
скверном правительстве, уже отцвела сирень,
и ты сидел на скамейке, издали напоминая
обычного гражданина, измученного государством;
температура твоя была тридцать шесть и шесть.
"Пойдем", - произнес ты, тронув меня за локоть.
"Пойдем; покажу тебе местность, где я родился и вырос".

III

Дорога туда, естественно, лежала сквозь облака,
напоминавшие цветом то гипс, то мрамор
настолько, что мне показалось, что ты имел в виду
именно это: размытые очертанья,
хаос, развалины мира. Но это бы означало
будущее - в то время, как ты уже
существовал. Чуть позже, в пустой кофейне
в добела раскаленном солнцем дремлющем городке,
где кто-то, выдумав арку, был не в силах остановиться,
я понял, что заблуждаюсь, услышав твою беседу
с местной старухой. Язык оказался смесью
вечнозеленого шелеста с лепетом вечносиних
волн - и настолько стремительным, что в течение разговора
ты несколько раз превратился у меня на глазах в нее.
"Кто она?" - я спросил после, когда мы вышли.
"Она?" - ты пожал плечами. "Никто. Для тебя - богиня".

IV

Сделалось чуть прохладней. Навстречу нам стали часто
попадаться прохожие. Некоторые кивали,
другие смотрели в сторону, и виден был только профиль.
Все они были, однако, темноволосы.
У каждого за спиной - безупречная перспектива,
не исключая детей. Что касается стариков,
у них она как бы скручивалась - как раковина у улитки.
Действительно, прошлого всюду было гораздо больше,
чем настоящего. Больше тысячелетий,
чем гладких автомобилей. Люди и изваянья,
по мере их приближенья и удаленья,
не увеличивались и не уменьшались,
давая понять, что они - постоянные величины.
Странно тебя было видеть в естественной обстановке.
Но менее странным был факт, что меня почти
все понимали. Дело, наверно, было
в идеальной акустике, связанной с архитектурой,
либо - в твоем вмешательстве; в склонности вообще
абсолютного слуха к нечленораздельным звукам.

V

"Не удивляйся: моя специальность - метаморфозы.
На кого я взгляну - становятся тотчас мною.
Тебе это на руку. Все-таки за границей".

VI

Четверть века спустя, я слышу, Вертумн, твой голос,
произносящий эти слова, и чувствую на себе
пристальный взгляд твоих серых, странных
для южанина глаз. На заднем плане - пальмы,
точно всклокоченные трамонтаной
китайские иероглифы, и кипарисы,
как египетские обелиски.
Полдень; дряхлая балюстрада;
и заляпанный солнцем Ломбардии смертный облик
божества! временный для божества,
но для меня - единственный. С залысинами, с усами
скорее а ла Мопассан, чем Ницше,
с сильно раздавшимся - для вящего камуфляжа -
торсом. С другой стороны, не мне
хвастать диаметром, прикидываться Сатурном,
кокетничать с телескопом. Ничто не проходит даром,
время - особенно. Наши кольца -
скорее кольца деревьев с их перспективой пня,
нежели сельского хоровода
или объятья. Коснуться тебя - коснуться
астрономической суммы клеток,
цена которой всегда - судьба,
но которой лишь нежность - пропорциональна.

VII

И я водворился в мире, в котором твой жест и слово
были непререкаемы. Мимикрия, подражанье
расценивались как лояльность. Я овладел искусством
сливаться с ландшафтом, как с мебелью или шторой
(что сказалось с годами на качестве гардероба).
С уст моих в разговоре стало порой срываться
личное местоимение множественного числа,
и в пальцах проснулась живость боярышника в ограде.
Также я бросил оглядываться. Заслышав сзади топот,
теперь я не вздрагиваю. Лопатками, как сквозняк,
я чувствую, что и за моей спиною
теперь тоже тянется улица, заросшая колоннадой,
что в дальнем ее конце тоже синеют волны
Адриатики. Сумма их, безусловно,
твой подарок, Вертумн. Если угодно - сдача,
мелочь, которой щедрая бесконечность
порой осыпает временное. Отчасти - из суеверья,
отчасти, наверно, поскольку оно одно -
временное - и способно на ощущенье счастья.

VIII

"В этом смысле таким, как я, -
ты ухмылялся, - от вашего брата польза".

IX

С годами мне стало казаться, что радость жизни
сделалась для тебя как бы второй натурой.
Я даже начал прикидывать, так ли уж безопасна
радость для божества? не вечностью ли божество
в итоге расплачивается за радость
жизни? Ты только отмахивался. Но никто,
никто, мой Вертумн, так не радовался прозрачной
струе, кирпичу базилики, иглам пиний,
цепкости почерка. Больше, чем мы! Гораздо
больше. Мне даже казалось, будто ты заразился
нашей всеядностью. Действительно: вид с балкона
на просторную площадь, дребезг колоколов,
обтекаемость рыбы, рваное колоратуро
видимой только в профиль птицы,
перерастающие в овацию аплодисменты лавра,
шелест банкнот - оценить могут только те,
кто помнит, что завтра, в лучшем случае - послезавтра
все это кончится. Возможно, как раз у них
бессмертные учатся радости, способности улыбаться.
(Ведь бессмертным чужды подобные опасенья.)
В этом смысле тебе от нашего брата польза.

X

Никто никогда не знал, как ты проводишь ночи.
Это не так уж странно, если учесть твое
происхождение. Как-то за полночь, в центре мира,
я встретил тебя в компании тусклых звезд,
и ты подмигнул мне. Скрытность? Но космос вовсе
не скрытность. Наоборот: в космосе видно все
невооруженным глазом, и спят там без одеяла.
Накал нормальной звезды таков,
что, охлаждаясь, горазд породить алфавит,
растительность, форму времени; просто - нас,
с нашим прошлым, будущим, настоящим
и так далее. Мы - всего лишь
градусники, братья и сестры льда,
а не Бетельгейзе. Ты сделан был из тепла
и оттого - повсеместен. Трудно себе представить
тебя в какой-то отдельной, даже блестящей, точке.
Отсюда - твоя незримость. Боги не оставляют
пятен на простыне, не говоря - потомства,
довольствуясь рукотворным сходством
в каменной нише или в конце аллеи,
будучи счастливы в меньшинстве.

XI

Айсберг вплывает в тропики. Выдохнув дым, верблюд
рекламирует где-то на севере бетонную пирамиду.
Ты тоже, увы, навострился пренебрегать
своими прямыми обязанностями. Четыре времени года
все больше смахивают друг на друга,
смешиваясь, точно в выцветшем портмоне
заядлого путешественника франки, лиры,
марки, кроны, фунты, рубли.
Газеты бормочут "эффект теплицы" и "общий рынок",
но кости ломит что дома, что в койке за рубежом.
Глядишь, разрушается даже бежавшая минным полем
годами предшественница шалопая Кристо.
В итоге - птицы не улетают
вовремя в Африку, типы вроде меня
реже и реже возвращаются восвояси,
квартплата резко подскакивает. Мало того, что нужно
жить, ежемесячно надо еще и платить за это.
"Чем банальнее климат, - как ты заметил, -
тем будущее быстрей становится настоящим".

XII

Жарким июльским утром температура тела
падает, чтоб достичь нуля.
Горизонтальная масса в морге
выглядит как сырье садовой
скульптуры. Начиная с разрыва сердца
и кончая окаменелостью. В этот раз
слова не подействуют: мой язык
для тебя уже больше не иностранный,
чтобы прислушиваться. И нельзя
вступить в то же облако дважды. Даже
если ты бог. Тем более, если нет.

XIII

Зимой глобус мысленно сплющивается. Широты
наползают, особенно в сумерках, друг на друга.
Альпы им не препятствуют. Пахнет оледененьем.
Пахнет, я бы добавил, неолитом и палеолитом.
В просторечии - будущим. Ибо оледененье
есть категория будущего, которое есть пора,
когда больше уже никого не любишь,
даже себя. Когда надеваешь вещи
на себя без расчета все это внезапно скинуть
в чьей-нибудь комнате, и когда не можешь
выйти из дому в одной голубой рубашке,
не говоря - нагим. Я многому научился
у тебя, но не этому. В определенном смысле,
в будущем нет никого; в определенном смысле,
в будущем нам никто не дорог.
Конечно, там всюду маячат морены и сталактиты,
точно с потекшим контуром лувры и небоскребы.
Конечно, там кто-то движется: мамонты или
жуки-мутанты из алюминия, некоторые - на лыжах.
Но ты был богом субтропиков с правом надзора над
смешанным лесом и черноземной зоной -
над этой родиной прошлого. В будущем его нет,
и там тебе делать нечего. То-то оно наползает
зимой на отроги Альп, на милые Апеннины,
отхватывая то лужайку с ее цветком, то просто
что-нибудь вечнозеленое: магнолию, ветку лавра;
и не только зимой. Будущее всегда
настает, когда кто-нибудь умирает.
Особенно человек. Тем более - если бог.

XIV

Раскрашенная в цвета зари собака
лает в спину прохожего цвета ночи.

XV

В прошлом те, кого любишь, не умирают!
В прошлом они изменяют или прячутся в перспективу.
В прошлом лацканы уже; единственные полуботинки
дымятся у батареи, как развалины буги-вуги.
В прошлом стынущая скамейка
напоминает обилием перекладин
обезумевший знак равенства. В прошлом ветер
до сих пор будоражит смесь
латыни с глаголицей в голом парке:
жэ, че, ша, ща плюс икс, игрек, зет,
и ты звонко смеешься: "Как говорил ваш вождь,
ничего не знаю лучше абракадабры".

XVI

Четверть века спустя, похожий на позвоночник
трамвай высекает искру в вечернем небе,
как гражданский салют погасшему навсегда
окну. Один караваджо равняется двум бернини,
оборачиваясь шерстяным кашне
или арией в Опере. Эти метаморфозы,
теперь оставшиеся без присмотра,
продолжаются по инерции. Другие предметы, впрочем,
затвердевают в том качестве, в котором ты их оставил,
отчего они больше не по карману
никому. Демонстрация преданности? Просто склонность
к монументальности? Или это в двери
нагло ломится будущее, и непроданная душа
у нас на глазах приобретает статус
классики, красного дерева, яичка от Фаберже?
Вероятней последнее. Что - тоже метаморфоза
и тоже твоя заслуга. Мне не из чего сплести
венок, чтоб как-то украсить чело твое на исходе
этого чрезвычайно сухого года.
В дурно обставленной, но большой квартире,
как собака, оставшаяся без пастуха,
я опускаюсь на четвереньки
и скребу когтями паркет, точно под ним зарыто -
потому что оттуда идет тепло -
твое теперешнее существованье.
В дальнем конце коридора гремят посудой;
за дверью шуршат подолы и тянет стужей.
"Вертумн, - я шепчу, прижимаясь к коричневой половице
мокрой щекою, - Вертумн, вернись".

1990

Категории: Стихи
суббота, 11 августа 2018 г.
_\\\ одни негативные эмоции берлинская лазурь 20:57:05

ты икона — я закон

Повестка дня: потерянное время без морального удовлетворения или как я не понял, ЧТО ЗА ХУЙНЯ ТОЛЬКО ЧТО БЫЛА ГОСПАДИ ОБЪЯСНИТЕ.


­­Я постоянно проёбываю время в ненужных вещах, которые не приносят ощутимой пользы, но дают душевное удовлетворение. Их море, целый блядский океан. Даже лежа на диване и читая ебливые фанфики, я получаю куда больше удовольствия, нежели бесцельно выходя на улицу. Я могу целый день играть в игрули или смотреть телевизор, похрюкивая с политических шоу. Тут важную роль играет интерес и удобство. Но если меня приглашают гулять, я стараюсь не отказываться никогда, так как обычно это приносить удовольствие на уровне того самого интереса. И сегодня тот случай, когда я ОЧЕНЬ жалею, что пошел гулять, а не остался дома, скапливая энергию в жир, так как та прогулка была потраченным временем, без какого либо удовольствия. Меня будто наебали, а я и не понял.

­­Если говорить от самого начала, то где-то зимой меня в интернете нашла некая девушка Маша (к примеру), и очень настойчиво хотела познакомиться. Армяне на рынке не так настойчивы, как эта особа. Представилась «товарищем» моего бывшего одноклассника Никиты (к примеру), с которым мы и так не супер общались, а после 9 класса так вообще не пересекались. И я был крайне удивлен её повелению в моих диалогах, где она старалась меня разговорить. Правда, я всё равно подинамил, оставив её в группе непрочитанных. Потому что вот конкретно она не вызывала у меня даже 0,001 части интереса.

­­И тут она узнает от Никиты, что я в Ростове. Какого фига – неясно.

­­И начинает вызвать меня погулять на протяжении месяца. И я соглашаюсь, какого фига – неясно снова. И вроде бы, договорились погулять в парке Горького. Я крутой экстраверт, я не боюсь людей и вообще за любую движуху, цепляющую мои интересы.

­­Я потратил 3 часа на сборы, привел себя в человеческий вид, накрасился и накрутил волосы. Выглядел так, будто иду искать любовь всей жизни или на прием к королеве Великобритании. Старушка бы оценила точно. Но увидев Машу, я поник. Поник ещё больше, когда увидел Никиту. Я с ним вообще не собирался видеться, но судьба показала мне средний палец в лице этого самого Никиты. За 4 года он изменился. И не в самую лучшую сторону для меня. Выглядел как заморенный Иисусик. Жиденькие волосики до лопаток, бородка козлиная и какой-то выпученный взгляд как у чихуахуа. Ниже, дрыщавей. Девушка так же произвела на меня впечатление, не самое лучшее. Мелкая, неуклюжая, с пучком грязный выкрашенных в непонятный грязно-зеленый цвета волос, одетая в грязный огромный теплый черный балахон. Учитывая, что на улице +28. Порванные грязные кроссовки, неухоженная, словно она не знает о существовании мыла и шампуней и средств ухода за телом. Я не привык судить о человеке по внешности, но это вызывало у меня дикий напряг.

­­Что происходило следующие часов 4,5 часов, я просто не понимал на деле. Я словно сам абстрагировался, а жил не я. Шутил, поддерживал разговор совсем не я. Потому что всё в моей памяти так размыто и перемешано, что спроси меня темы для разговоров, я могу сказать только в общих словах. А всё вместе назвал бы ПИЗДЦОМ. Эти ребята, конечно, забавные со своими коммунистическими замашками, непонятными жизненными взглядами и абсурдными мечтами о бесклассовом обществе. Но мне это не интересно. Я не помню, о чем я с ним говорил, как я поддерживал разговор и шутил. Как мне сказали, я испытал шок и стресс, потому не могу вспомнить даже собственные фразы. Помню только, в кондитерскую зашли, и я говорил что-то про атомную энергетику, а потом пел на немецком языке. Зачем? Поему я это делал? Я не могу дать никакого логического объяснения. Отрывком выплывает детская площадка и непонятные рассуждения этих двоих.

­­Было ещё одно стременное замечание, которое меня заставляло чувствовать себя ПЯТОЙ ЛАПОЙ СОБАКИ – они оказались парой. Как ни смотри, как ни крути и не поворачивай, они, блять, пара. И если бы я знал, что значение «товарищ» означает «парень с которым я встречаюсь», я бы вообще отказался от этой затеи. Я бы летел со скорость нейтрона НАХУЙ, потому что быть третьим ЛИШНИМ вообще пиздец как стремно.

­­Завершением этой прогулки стала моя ПОЗОРНАЯ ГОСПАДИ БОЖЕ КАПИТУЛЯЦИЯ, я просто ДРАЛ ОТ НИХ КАК ОТ ЧУМЫ, бежал до остановки как гребаный флеш, только пятками сиял. Я зол, я в недоумении. В моей душе просто БУРЯ ЧЕРТОВА от этой парочки, потому что это было худшее завершение дня. Худшая прогулка. Худший проёб времени. Лучше бы я проебал этот день на диване в море довольствия я читабельного дрочева, чем вот так, без удовольствия.


Категории: Повседневность;, Отрицание;, О людях;, Мысли;, Ночной пост;
пятница, 10 августа 2018 г.
Вера jiminni 14:40:44
Вера.
Не очень люблю обсуждать эту тему с кем либо, и в какой-то степени, лично мне, она даже не приятна.
Меня раздражают люди, которые постоянно твердят что-то похожее на: «не кури, бог накажет», «перед сном помолись» или «ты что, в бога не веришь что-ли?».
Просто не переношу, когда начинается публичное обсуждение данной темы, и втирание кому-либо своей ‘правильной’ точки зрения.
Как мне кажется, вера - это что-то личное, сокровенное, то, о чем не обязаны знать остальные.
Маленький такой, своеобразный секрет.
Это моё личное дело, хочу- верю, хочу- нет. Зачем всем притирать своё мнение?
Ты можешь быть через чур набожным, ну или напротив - скептиком, отрицающим существование чего-то подобного, и списывающего возникновение всего на теорию большого взрыва.
Каждый человек имеет своё личное мнение по этому поводу, и меня дико раздражает, когда его начинают переубеждать, заставлять ‘верить’, или же напротив ‘отрицать’.
Повторюсь, считаю это личной темой, которая, как мне кажется, должна быть закрыта от мнения и лиц окружающих.
17:54:13 Джaкoмo
Мне кажется, когда люди так думают, что мол вот если покурил, выругался матом или не дай бог не помолился - это и не вера вовсе. Я думаю, что настоящая вера - это явно не то, что насаждается сейчас так активно, а что-то намного большее. И богу, если он есть, не столь и важно, насколько ты отрешен...
еще...

«не кури, бог накажет», «перед сном помолись» или «ты что, в бога не веришь что-ли?».
Мне кажется, когда люди так думают, что мол вот если покурил, выругался матом или не дай бог не помолился - это и не вера вовсе. Я думаю, что настоящая вера - это явно не то, что насаждается сейчас так активно, а что-то намного большее. И богу, если он есть, не столь и важно, насколько ты отрешен от мира во имя его.
18:18:43 щекн асакура
Не пиьди много - Босх накажет.


По чисто по > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)

читай на форуме:
/\||||||||Хабает в наглую фруто-нян...
/\|||||Сделает минет за 3 рубля!!||...
Ну хоть кто-нибудь, пойми меня. Про...
пройди тесты:
СВЕРХЪЕСТВЕННОЕ: Выбирай я или...
Как ты знаешь Аннушку? На сколько...
Бедные акацки или спасайся кто может...
читай в дневниках:

  Copyright © 2001—2018 BeOn
Авторами текстов, изображений и видео, размещённых на этой странице, являются пользователи сайта.
Задать вопрос.
Написать об ошибке.
Оставить предложения и комментарии.
Помощь в пополнении позитивок.
Сообщить о неприличных изображениях.
Информация для родителей.
Пишите нам на e-mail.
Разместить Рекламу.
If you would like to report an abuse of our service, such as a spam message, please contact us.
Если Вы хотите пожаловаться на содержимое этой страницы, пожалуйста, напишите нам.

↑вверх